AquaFlore.RU

Ароидные: от болота до аквариума

Кровавое малазийское утро 16 июля 2017

“Кровожадно вопия,

Высунули жалы -

И кровиночка моя

Полилась в бокалы.

Погодите - сам налью, -

Знаю, знаю - вкусная!..

Нате, пейте кровь мою,

Кровососы гнусные!”

В.С. Высоцкий

Я давно подозревал, что в определенном месте моего организма присутствует шило, причем, если дело касается криптокорин, то оно обязательно найдет каких-нибудь приключений именно на это место. Прологом к малазийскому триллеру послужил наш c женой вечерний визит к воротам заповедника Panti Bird Sanctuary в штате Джохор. Дорогу внутрь преграждал недавно покрашенный беленький шлагбаум, закрытый на надежный замок. Ни единой души в соседней сторожке. Заходящее солнце стремительно падало в объятия тропического леса на горизонте. Место явно заколдованно, поскольку именно с этого белого шлагбаума уже начинались две наши предыдущие истории (см. “Призрак лагенандры в Юго-Восточной Азии” и “Брызгуны и прыгуны Большой реки”). И наконец, предлагаю вашему вниманию заключительную часть этой трилогии, в которой на сей раз речь пойдет о криптокоринах.

Дом птиц (Panti Bird Sanctuary) уже закрыт для посещения несколько лет. Тем не менее, лес заповедника до сих пор хранит множество тайн природы, одна из которых - криптокорины.

“Panti” в переводе c малайского означает “Дом”. “Panti Bird” - “Дом птиц.” Казалось бы, очень простое название, но есть в этом что-то созвучное с рассказом “Дети кукурузы” Стивена Кинга. Шлагбаум манил меня, взгляд пытался просверлить темную пелену тропического леса, начинавшегося почти сразу за этой преградой. Из литературных данных было известно, что в ручьях заповедника обитают криптокорины. С трудом преодолев это сверхъестественное притяжение, я сел обратно за руль арендованного “Протона”. Ночевали мы в городе Kota Tinggi, расположенном в 20 км от заповедника. Ночью не спалось, и уже с первыми лучами восходящего солнца я отправился в направлении волшебного шлагбаума, оставив супругу отдыхать в отеле.

Как и накануне вечером, в 8 утра шлагбаум оказался закрытым. Оставив автомобиль на дороге, я пересек заветную черту. Уже через двести метров с правой стороны от дороги моему взору предстали заброшенные постройки с заколоченными окнами. Вероятно, когда-то здесь располагалась небольшая гостиница для посетителей парка. Дальнейший путь преграждали ворота, которые, по-видимому, уже давно никто не открывал. Протиснувшись между прутьями, я оказался на совершенно пустынной дороге, уходящей глубоко в джунгли. С обеих сторон от грунтовки деревья плотными рядами образовывали вертикальную стену, непроницаемость которой завершали многочисленные лианы и папоротники. Да и признаться, у меня тоже не было особого желания пока сходить с дороги, поскольку каких-либо признаков ручьев или прочих водоемов не наблюдалось. Периодически встречались обширные заросли инвазивной клидемии жестковолосой (Clidemia hirta). На одной из таких полян нарушали тишину трели небольшой стайки синекрылых листовок (Chloropsis cochinchinensis). Небольшая самочка долго сидела среди махрово-зеленых листьев и позировала мне, но из-за недостатка освещенности уровня моей техники не хватило сделать хороший снимок.

Ворота, перекрывающие дорогу от заброшенной гостиницы  Panti Bird Sanctuary в сам заповедник.

Синекрылая листовка (Chloropsis cochinchinensis) на кусте клидемии жестковолосой (Clidemia hirta). И птица, и растение широко распространены в тропических странах Азии от Индии до Индонезии.

Время шло, а мне нужно было вернуться до полудня в отель, чтобы забрать вещи и супругу. Поэтому первые два километра пути пролетели минут за 20-25. Взору предстала большая заболоченная область, по которой протекал ручеек. Свернув к ручью, протекающему в нескольких десятках метрах от дороги, и прочёсывая взглядом берега в надежде увидеть какую-нибудь водную растительность, я наткнулся на веревку с нижним бельем, растянутую между деревьями. Из леса доносились мужские голоса на совершенно непонятном мне языке. В этот момент я вспомнил все страшные истории о сбежавших в тайгу зэках, которые в детстве мне рассказывал дедушка. В груди похолодело, несмотря на 30-ти градусную жару. Осторожно, стараясь не хрустнуть какой-нибудь веткой, я вернулся на дорогу и побежал вперед. Лишь через несколько минут, дорога вывела меня к пересечению с новой, недавно проложенной дорогой, и только в этот момент ко мне пришла мысль, что возможно люди из леса – это просто рабочие, устроившиеся у реки на временный ночлег.

Как и положено настоящему триллеру, наступило временное успокоение, которое через еще один километр пути сменилось всплеском радостных эмоций. В очередном заболоченном ручье у основания небольших деревьев удалось обнаружить несколько зеленых кустиков с округлыми широкими листьями – это криптокорина сердцевидная (Cryptocoryne cordata var. cordata)! Попадаются как надводные, так и подводные экземпляры. Последние покрыты водорослями и грязью.

Среду обитания криптокорины сердцелистной (Cryptocoryne cordata var. cordata) можно назвать типичным болотом. Грунт топкий, при перемещении по такой местности лучше держаться корней деревьев.

Кустик надводной криптокорины сердцелистной (Cryptocoryne cordata var. cordata). Panti Bird Sanctuary, Johore (Малайзия).

По соседству росло несколько кустиков с ланцетной формой листа. Кроме того, листовая пластина у этого растения покрыта множеством поперечных коричневых штрихов. Это природный гибрид Cryptocoryne × decus-silvae. В большинстве современных энциклопедий это растение, описанное Де Виттом в 1976 году, до сих пор считается валидным видом. Однако совсем недавно исследования Нильса Якобсена по межвидовому скрещиванию у криптокорин показали, что моя находка является гибридом между криптокориной Нура (Cryptocoryne nurii var. nurii) и криптокориной сердцевидной (Cryptocoryne cordata var. cordata).

По последним данным Cryptocoryne x decus-silvae является природным гибридом, родителями которого являются криптокорина Нура (Cryptocoryne nurii var. nurii) и криптокорина сердцевидная (Cryptocoryne cordata var. cordata). Panti Bird Sanctuary, Johore (Малайзия).

Вода в ручье мягкая (pH = 5.6, TDS = 12 м.д.). Другая растительность в нижнем ярусе практически отсутствует. Атмосфера напоминает Мордор из известного произведения Толкина: тусклый свет, тишина, замысловатые изгибы корней и стволов деревьев, мертвая земля, покрытая листовым опадом. Алоказия (Alocasia puber) – одна из немногих жизненных форм, способных существовать в таких условиях.

Место обитания криптокорин в Panti Bird Sanctuary трудно назвать ручьем. Это заболоченный лес, через листву которого почти не проходит свет в нижний ярус.

Алоказия (Alocasia puber). Всего в настоящее время известно около 80 видов алоказий. Alocasia puber сравнительно небольшое растение, и, по-видимому, совсем нетребовательно к свету.

Выделившийся в кровь адреналин лишил организм бдительности, поэтому тот факт, что в этом болоте я уже давно не один, я обнаружил лишь по стекающей по ноге собственной крови. Сухопутные пиявки облепили свою жертву. Всю дорогу назад я срывал их со своего тела. Последняя впилась в подошву правой ноги и, держась до последнего, смачно лопнула, будучи придавленной к пластиковому черному тапку, разукрасив его в красный цвет. Укусы пиявок становятся болезненными лишь на второй день и в целом не доставляют серьезных неудобств, однако они опасны возможным заражением лептоспирозом (leptospirosis) через контакт долго незаживающей и кровоточащей раны с водой. Тем не менее, меня это уже не пугало. Тайна белого шлагбаума была раскрыта!

Если вы не брезгливый человек, то пиявки скорее всего не доставят вам больших неудобств, и уж точно не остановят на пути к цели, увидеть криптокорину в дикой природе.

Литература:

1. N. Jacobsen, J. D. Bastmeijer, J. Bogner, H. Budianto, H. B. Ganapathy, T. Idei, I. B. Ipor, T. Komala, A. S. Othman, R. Rosazlina, J. Siow, S. Wongso, M. Ørgaard. 2016. Hybrids and the Flora of Thailand revisited: Hybridization in the South-East Asian genus Cryptocoryne (Araceae). – Thai ForesT Bull., BoT. 44(1): 53–73.

Вы здесь: Главная Путешествия Рыбы Шри-Ланки